Образы «футлярных» людей в рассказах А.П. Чехова (по пьесе Чехова А.П Вишневый сад)

Чехов - великий мастер короткого рассказа, обличитель мира пошлости и мещанства - в конце 90-х годов XIX века создает так называемую маленькую трилогию, в которую вошли три рассказа: «Человек в футляре», «Крыжовник», «О любви». В этих рассказах, объединенных общей идеей разоблачения «футлярной» жизни, писатель выступил против духовного одичания, обывательщины, охвативших значительные слои русской интеллигенции.

Главный герой рассказа «Человек в футляре» — учитель Беликов. Беликову враждебно все новое, не зря он преподает древнегреческий и постоянно хвалит прошлое. У этого человека было постоянное и непреодолимое стремление «окружить себя оболочкой, создать себе, так сказать, футляр, который уединил бы его, защитил бы от внешних влияний». Даже «мысль свою Беликов... старался запрятать в футляр. Для него были ясны только циркуляры и газетные статьи, в которых запрещалось что-нибудь». Такое впечатление, что Беликов боится даже самого себя. Наверное, поэтому решение жениться действует на него губительно. Он «похудел, побледнел и, казалось, еще глубже ушел в свой футляр». Классической формулой трусости стали его слова «Как бы чего не вышло!»
Как ни странно, но именно такого Беликова в городе все боятся. Боятся коллеги-учителя, гимназисты и даже директор. Почему? Опасность беликовых для окружающих, я думаю, в том, что такие, как он, душат все живое. Под влиянием таких, как Беликов; за десять-пятнадцать лет в городе стали бояться всего: громко говорить, посылать письма, знакомиться, читать книги, помогать бедным, учить грамоте. «Беликовщи-на» - это торжество косности, желание остановить жизнь, погрузить ее в мещанское болото, сделать нормой жизни доносительство.

Этот образ Чехова достаточно символичен и распространен: всего боящийся чиновник, держащий всех в страхе. Новый в городе человек -Коваленко сразу замечает: «Атмосфера у вас удушающая, поганая. Разве вы педагоги, учителя?»

Только в гробу Беликов обретает выражение «кроткое, приятное, даже веселое, точно он был рад, что его положили в футляр, из которого он уже никогда не выйдет. Да, он достиг своего идеала!»

Город хоронит Беликова, как это ни жутко говорить, с удовольствием. Но проходит неделя, другая, и жители города осознают, что они не обрели свободы, что им не стало лучше: «И в самом деле, Беликова похоронили, а сколько еще таких человеков в футляре осталось, сколько их еще будет!»

Духовным братом Беликова можно назвать и героя рассказа «Крыжовник» Николая Ивановича, все жизненные помыслы которого сводились к приобретению «усадьбы с крыжовником». Усадьба становится его своеобразным футляром. Ради воплощения своей мечты он готов недоедать. Женившись без любви на старой, некрасивой вдове, у которой «водились деньжонки», держит ее впроголодь, и она вскоре умирает.

Став владельцем имения, прежний работяга-чиновник превращается в настоящего барина, говорящего, «точно министр». Он постоянно повторяет «мы, дворяне», «я как дворянин», напрочь забыв, что его отец был мужиком, а дед - солдатом. Меняется его внешность: он «постарел, пополнел, обрюзг», и сам он, и его кухарка, и даже его собака стали похожи на свиней. Теперь он даже рассуждать стал по-иному: послушать его, так и образование для народа преждевременно, и телесные наказания полезны и незаменимы.

«Принято говорить, что человеку нужно три аршина земли. Но ведь три аршина нужны трупу, а не человеку», - говорит устами рассказчика Чехов. Если в рассказе «Человек в футляре» господствует мысль «Как бы чего не вышло!», то в «Крыжовнике» рассказчик Чимша-Гималайский страстно восклицает: «Больше так жить невозможно!» Писатель видит выход в одном: «Надо, чтобы за дверью каждого довольного, счастливого человека стоял кто-нибудь с молоточком и постоянно напоминал бы стуком, что есть несчастные, что, как бы он ни был счастлив, жизнь рано или поздно покажет ему свои когти...» Таким человеком с молоточком, не дающим успокоиться, был, в сущности, сам Чехов. Пробуждая людей к яркой, свободной жизни, писатель страстно призывал: «Пока молоды, сильны, бодры, не уставайте делать добро!»

В рассказе «О любви» нет, казалось бы, явных примет «футлярной» жизни. Алехин рассказывает о своей несостоявшейся любви к Анне Алексеевне. Герои рассказа боятся признаться даже самим себе, что любят. Оба страдают. Алехин все время думает об Анне Алексеевне и пытается понять, что заставило молодую, красивую и умную женщину выйти замуж за скучного человека много старше себя, иметь от него детей. Она тоже страдает, у нее появилось «сознание неудовлетворенной, испорченной жизни, когда не хотелось видеть ни мужа, ни детей. Она уже лечилась от расстройства нервов». Лишь вынужденное расставание заставляет рассказчика признаться в любви: «Со жгучей болью в сердце я понял, как ненужно, мелко и как обманчиво было все то, что мешало нам любить».

Во всех рассказах «маленькой трилогии» внимание писателя сосредоточено не только на содержании историй, но и на раздумьях рассказчиков. Каждый из них являет читателю свой неповторимый путь к правде. По-разному - с чувством безысходности, страстным осуждением, грустью утраты - они каются в былом заблуждении, неспособности «исходить из высшего». Каждый вступает в спор с собой, прежним. И эти переживания вызывают теплое сочувствие автора.

Но во всех рассказах «маленькой трилогии» Чехов осуждает «футлярность» - все, что подавляет человека, мешает его счастью, от чего веет пошлостью, все, что ведет к несвободе личности.


Печать Просмотров: 14130
Версия для компьютеров