Творческий путь Абрамова Ф.А.

Федор Александрович Абрамов (1920—1983) прошел путь от теоретика, очеркиста (на деревенскую тему) до романиста, создавшего уникальную эпическую тетралогию (и семейный роман) о современной деревне — романы «Братья и сестры» (1958), «Две зимы и три лета» (1968), «Пути-перепутья» (1973), «Дом» (1978). Это многоплановое, многофигурное полотно с обширным пространством времени — от лета 1942 г. до почти исхода так называемого «застойного» периода — далеко не равнозначно по своему уровню. Оно начинается с весьма уважительного отношения к И. В. Сталину — его слова из обращения 3 июля 1941 г. к советскому народу вынесены в название романа, моральную силу и красоту единства, братства подтверждают и жизнь северного села Пекашино и семьи Михаила Пряслина, и образы Анфисы, Лукашина. Ho уже во 2-м и 3-м романах Ф. А. Абрамов разделяет модное тогда поверхностноуничижительное отношение к И. В. Сталину и к коллективизму...

Множество эпизодов в романах говорит о том, что его герои часто изумлены, испуганы теми нормами бытия, теми решениями, которые им навязывало время. Михаил Пряслин — опора своей семьи, чуткий к беде и зову о помощи юноша, спаситель других бедствующих семей, усвоил, например, типичное для 1942 г. представление о людях, побывавших в плену, как о малодушных, почти изменниках. Тимофей Лобанов, односельчанин Михаила, явившийся домой из плена, и сам смят, раздавлен случившейся катастрофой: когда-то в пору коллективизации он был активистом, чуть ли не громил родного отца, всю свою семью. И вдруг именно с ним — беда, позор плена, его физическая слабость, неспособность работать. Мать жалеет Тимофея, а отец припоминает былое:

«— Коммунар, мать твою так... Как речи с трибуны метать— коммунар... А как воевать надо — шкуру свою спасает...»

Никто здесь ни прав, ни виноват... И Михаил Пряслин, измученный трудами, потерявший отца, требует от Тимофея труда наравне со всеми. He будешь работать — применим закон о трудовой повинности.

«— Круто берешь, парень, — сказал Тимофей. — Смотри, — не споткнись.

— Ничего, — сказал Михаил. — Я с сорок второго круто беру. — Помолчал и врезал для полной ясности, глядя Тимофею прямо в глаза: — Когда на отца похоронка пришла».

Ho война народная — это действительно война священная. Она и ожесточает, и просветляет людей. Понял много и Тимофей, тоже круто загонявший людей в коммуну в 30-е гг., но вскоре многое понял в своей «крутизне» и Михаил. Он узнал, что Тимофей умер от болезни. И ему стыдно за свои обличения:

«— А кто его обрек?

— Кто? Война».

Молодой герой задумывается, что и плен — часть какой-то большой беды, что жизнь беспредельно сложна: «Ах, жизнь, жизнь... Неужели и дальше так будет?»

В романе «Дом» эта «жизнь» — послевоенные беды, порча людей, бегущих на легкие заработки, волюнтаризм районных и иных вождей — грубо «достала», задела и Михаила, внеса в его душевный мир боль, раздражение, тоску. Михаил становится нестерпимо зол на любимую сестру Лизу и только в самом конце романа прощает невольный грех этой доброй, чуткой женщины. Его раздражают два брата — близнецы Петя и Гриша, мягкие, бессемейные люди, потерявшие здоровье в годы войны, живущие лишь добротой и сочувствием друг к другу. Чем же вызваны боль и раздражение героя?

Известность Федора Абрамова — как создателя «малоформатной» прозы, т. е. повестей, рассказов, очерков, — в отдельные годы превышала его славу романиста. В 1978 г. писатель опубликовал повесть «Деревянные кони», получившую затем яркую сценическую жизнь в Театре на Таганке: сознание читателей и зрителей надолго было «разворошено», встревожено и обрадовано одновременно характером почти безмолвной старой крестьянки Милентьевны, свидетельницы какой-то затушеванной катастрофы 30-х гг., доброго духа земли. «После отъезда Милентьевны я не прожил в Пыжме и трех дней, потому что все мне вдруг опостылело, все представилось какой-то игрой, а не настоящей жизнью: и мои охотничьи шатания по лесу, и рыбалка, и даже мои волхования над крестьянской стариной», — говорил в финале этой лирической, почти бессобытийной повести герой-повествователь. He меньшей популярностью пользовались и другие повести Ф. Абрамова о людях деревни («Пелагея», «Алька») и рассказы о северной природе («Как жила семужка» и др.).
Печать Просмотров: 11482
Версия для компьютеров